Муравей

Ятаганы дорог распороли преторию неба,
Повредив вероломно артерию старого Солнца.
Их отчаянный рог победил любование и негу
Истукана, разбив его свет на эоны червонцев
И залив апельсиновой кровью рельефы Кибелы,
По которым бесстыдно скользили лучи его пальцев.
Вдруг залюбленный идол своё венценосное тело
Расплескал как итог, превратившись из бога в страдальца.
Сколько сотен веков ты своих недалеких поклонниц
Заставлял обнажать, осеняя своей позолотой
Их срамные изгибы, из них высекая сторонниц,
Награждая их цветом, вздымая на культа высоты.
Вот графитные сумерки свой приготовили саван
Провозвестники ночи, берущей костюм звездочета,
Понимая, что умерли в небе источники лавы
Над нефритовым пледом пустыни, верстая работу,
Ливнем снизу пролившись, разбившись об тусклое небо,
Я спустился росою на замерший скальпель дороги.
Только эхо, отбившись волною от бывшего Эго
Повторяет, что Все есть Ничто по сравнению с БОГОМ!
Да, я есть муравей, но кричащий шаляпинским басом,
Невзирая на скорый предел муравьиного срока,
Я свой крик Гильгамеша, впрягая в повозку Пегаса,
Повторяю незыблемым гласом: Нет Року! Нет Року!…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.