Комплимент IV b

Последний урок как правило длился дольше обычного. Не потому, что так предусмотрено школьным регламентом. Дети не хотели расставаться. У них всегда было полно вопросов, интересных идей и всяких историй, которыми им обязательно нужно было со мной поделиться. Мы так и выходили со школы всей группой. В окружении беспечных сорванцов я порой напоминала себе квочку с цыплятами.
— Шапку надень, куртку застегни, шарф подыми..
Кто-то из них потянул меня за рукав.
-Что еще?
Ребёнок молча указал в сторону. Еще не повернувшись, поняла, кого сейчас увижу.
Он направился к нам расслабленной, ленивой походкой. Мягкие, плавные движения напоминали грацию дикого хищника. Натолкнувшись на мой взгляд как на стену, остановился.
-Всё, дети. Домой! Все вопросы завтра.
Но не тут то было. Теперь все их внимание приковано к этому несносному типу, который каждый раз появлялся в самый неожиданный момент.
— А это кто?
— Он Ваш брат?
— А я его знаю. Он про Вас спрашивал.
Посыпался новый шквал вопросов. Мои глаза метали молнии. Видя в каком я затруднительном положении, мистер Обаяние снова разразился смехом.
И тут один из этих соплюшек вдруг выдал : «тили-тили-теста, жених и невеста»…
Если бы взгляд разил наповал,то на асфальте осталась бы лежать как минимум одна жертва.
— Завтра будет контрольная работа! — объявляю громогласно.
Веселье сразу стихло. То -то же. Знаю. Это был запрещенный прием. Но они не оставили мне другого выхода. « До свиданья. » -послышалось со всех сторон. И через минуту площадка опустела.
— Ты зачем это сделал?
— Что я сделал?
— Зачем ты заплатил водителю?
— Ну.. я..
— Никаких «ну»! Не смей никогда больше…
— Хорошо! — не дал он мне договорить. Подумаешь, заплатил. Пойдем, купишь мне мороженное, и будем в расчете.
— Я не собираюсь никуда с тобой идти.
— А я бы с тобой пошёл. Хоть на край света..
— На край света — это вон туда , — ткнула я рукой в сторону горизонта. Можешь прямо сейчас отправляться. А мне некогда. И не смей больше приходить в школу.
— Кукушка,..
— Не называй меня кукушкой! Эта отвратительная птица оставляет своих птенцов в чужих гнездах.
— Я зову так свою племяшку.. ей полтора годика. Она такая прелесть..
Снова чувствую себя гадко. Как ему удается… Каждый раз, сказав что-то резкое, ощущаю себя дурой. Молчим.
— Мне на тренировку. Ты со мной не пойдешь! -добавляю безоговорочным тоном, не дав ему и рта раскрыть.
-Тебе придется выбирать: школа или тренировки. Потому- что я все равно буду приходить.
Делаю глубокий вдох. Спокойно. Попробуем еще раз обратиться к его здравому смыслу.
— Послушай, ну зачем тебе это? Понимаешь, я считаю, что нельзя играть чужими чувствами. Нельзя давать ложные надежды, питая их пустыми обещаниями. Девушка должна принимать ухаживания только от одного человека, за которого она собирается замуж. Ты просто зря теряешь время. Смотри, сколько девушек вокруг.
— Я сам решаю, на что и на кого мне тратить свое время.
В голосе прорезались металлические нотки.
— Сам. Конечно сам. Только не вини меня потом в своих обманутых ожиданиях.
Смотрит внимательно.
— Чего уставился?
— Да так, просто.. Думаю.. Интересно, как ты его узнаешь.. появится прЫнц. А на лбу у него будет написано: «Я муж!»
Смеюсь…
-Правильно, смейся. Разве можно на меня сердиться? Я же такой хороший. Смотри, что я тебе принес..
Протягивает руку. А в ней кассета.
— Зачем она мне? Не надо! Не возьму я ничего.
— Возьми..
-Не возьму..
Шагаю в сторону проспекта. Плетется рядом.
— Ты стихи читаешь?
-Читаю..
-Какие?
— Всякие читаю. Разные. Тебе то что..
— Ничего.. Мне тут случайно календарь один в руки попался. Там много красивых стихов. Хочешь почитать?
Интересно, что в его понимании «красивые стихи»? Любопытство искушает. Не удержалась от соблазна.
— Хорошо, давай. Почитаю..
Беру брошюру и запихиваю в сумку.
— Жалко, что ты кассету не взяла. Я песню для тебя сочинил.
Ловлю его выжидающий взгляд. Ну нет! Просить не стану. Жалко то как. Теперь уже и не узнаю, о чем он там пел.
Злюсь на себя за свое проснувшееся некстати любопытство.
Певун! — говорю грубо. Уходи..
-Ладно.. Я приду завтра..
Порываюсь что-то сказать..
— Все равно приду, — улыбается он.. Там, в книге, одна страница загнута. Это тебе.. Прочти.
Уже за полночь, когда все дела закончились , полезла в сумку. Из нее вывалилась книженция. «Загнутый листок» — вспомнила я.
« По земле броди где хочешь,
Хочешь к звёздам улетай,
Лишь прошу ни днём ни ночью
Ты меня не покидай. ……. »
Резко захлопнула книгу.
Не буду читать! Не хочу! Не буду!

Комплимент V a

V
Время в определенные периоды имеет свой темп, свою энергетику. Наше веяло едва ощущаемой тревогой, еще далёким мраком. Но мы этого не чувствовали. Пока не чувствовали. Молодые, веселыe, увлеченные, счастливые. Случались , конечно, иногда мелкие пакости, которые быстро забывались.
В моей жизни все было гармонично. Для мозгов — работа, которую я делала с удовольствием. А для души — тренировки, к которым я прикладывала свое умение шевелить мозгами.
Правда коллегам со мной не повезло. Матроны бальзаковского возраста и чуть за снисходительно посматривали на меня, словно они никогда не были молодыми. По их мнению, мой юный возраст давал им веское основание не воспринимать меня в ранге учителя. Пришлось в очень корректной, но довольно твёрдой форме объяснить, насколько сильно они заблуждаются. При моем появлении в учительской атмосфера наэлектризовывалась до предела. Поэтому я заходила туда только, чтобы взять журнал. А потом еще раз, чтобы положить его на место. Своеобразной тихой гаванью молодых была комната пионервожатых. Лайса и Ольга засели там как в бункере, и почти не выходили в свет в течение всего рабочего дня. Сложно сказать, в чём заключались их обязанности. Поскольку видела их только за чаем. На правах старожилов девушки с радушием приняли меня в свою команду. Обе были примерно моего возраста. Поначалу все казалось довольно мило. Наша троица выглядела контрастно. Белолицая, с копной густых золотистых волос, высокая, худощавая Лайса. Ольга являла собой полное её противоречие. Смуглая, пышная, невысокая, с гривой черных как смоль, вьющихся волос. Каждая по своему была хороша. И я, эдакая простушка, с затянутыми вечно в тугой узел волосами цвета тёмного каштана..
Мой стиль « полное отсутствие побрякушек и косметики, максимум комфорта в одежде » казался им непривлекательным. Попробуйте хоть раз запихнуть в маленькую дамскую сумочку лапы, накладки, бинты, перчатки, кимоно, полотенце , и сами все поймете. Ковылять на каблуках, таская на плече спортивную сумку, глупо.
Время от времени они подшучивали надо мной по сему поводу. Меня это не смущало. Поскольку их мнение по сути мало что для меня значило. Безо всяких душевных терзаний я легко игнорировала эти выпады. У каждой из нас была своя любимая тема. Лайса могла часами рассказывать о том, сколько носков она выстирала и выгладила, сколько раз и в какой комнате вытерла пыль со шкафов. Чистоплотность, возведенная в ранг добродетели, выглядела по меньшей мере смешно. Но почему бы и нет? Каждый человек имеет право на свои причуды.
Ольга же каждый день делилась новинками косметики, используя свое лицо как полигон для демонстрации чудес макияжа. Зрелище было плачевное. Жирные чёрные стрелки аж до ушей. Ярко — розовые тени, из под которых не видно было, где кончается веко, и начинается висок. И коралловые румяна на высоких скулах. Все это великолепие дополняла кроваво-красная помада. На мой взгляд, светофор выглядел гораздо симпатичней. «Зачем огорчать девушку?» — решила я. Раз ей нравится- пусть так и будет..
Если вы ограничены во времени, то не стоило расспрашивать меня по поводу рельефных рук и пресса кубиками. Я могла часами рассказывать, как добиться желаемого результатa. Задать сотню вопросов касательно режима сна, питания, физической активности, состояния здоровья. Расписать все возможные варианты. И человек уже сам бывал не рад, что затронул эту тему. Несмотря на столь разные характеристики, нам бывало комфортно вместе. Но наша идиллия скоро закончилась.. Шутки над моей персоной стали приобретать хронический характер. И в определенный момент стали больше походить на откровенные оскорбления. Простодушие приняли за примитивизм. А я не отличалась терпением..
— У тебя очень чистые носки, Лайса. Но было бы неплохо к чистым носкам иметь еще и чистые зубы. Сколько раз в неделю ты их моешь? Когда ты открываешь рот, можно задохнуться от запаха.
В моих словах не было лжи. Я лишь констатировала факт.
— Не забывайся, милочка. — прервала я Ольгу при очередной выходке. Если тебя хорошенько умыть и поставить к зеркалу, то еще неизвестно, кто из нас будет выглядеть лучше.
Консенсус был достигнут. Благодаря чему расстановка сил в нашем союзе резко изменилась. Но меня не прельщала роль чьего-либо идола.

Комплимент V b

В школе намечался очередной детский праздник. Уроки сократили. Тренировку в этот день тоже отменили. И я решила себя побаловать. Достала один из нарядов, которые мама мне систематически покупала. Подобрала к ним туфельки на гвоздиках. Моя фирменная челка была дополнена прической «конский хвост». Прошлась пару раз щеточкой туши по ресницам. Губам добавила едва заметный розоватый блеск. Отражение в зеркале было собой довольно.

Реакция на моё перевоплощение превзошла все ожидания. Меня не узнавали.
Лишь вошла в школу, и сразу столкнулась в коридоре с завхозом Ахмадом. Мужчина лет тридцати, средней наружности, который был в вечном поиске очередной пассии. Застыл с отвиснувшей челюстью, пытаясь вспомнить, где же он меня видел.
— Это всего лишь я, только на каблуках. Подбери челюсть, а то муху поймаешь.
Да, грубиянка.. Им было за что меня не любить.
Проходя мимо, услышала клацанье зубов и проклятия, посыпавшиеся в мой адрес. Бедняжка прикусил язык. Конечно, я виновата. Зачем каблуки надела…
Со всех сторон только и слышалось:»Айша.., Айша…» Почувствовала себя королевой бала. Не скажу, что всеобщее восхищение, выраженное в такой откровенной форме, мне льстило. Скорее наоборот. Подумалось:» Как же мало нужно, чтобы произвести на вас впечатление» Было противно.. Только дети улыбнули.
— Айшат Хасановна, почему Вы всегда так в школу не приходите? Ну, пожалуйста, приходите и завтра так же.. — Загалдели они наперебой.
Потасовка за право держать учителя за руку, которая случалась в школе систематически, сегодня была особенно эмоциональной.
— Не ссорьтесь! Иначе оставлю вас одних. — пригрозила им. Если бы я каждый день так приходила в школу, то сегодня обошлoсь бы без сюрприза. А так, и вам весело, и мне..
Классы выстроились на площадке. Параллельный 5 «А» находился справа. И тут я узнала, чем была вызвана такая горячая детская просьба.
-Говорили мы вам, что наша Айшат Хасановна намного красивее вашей Марии Васильевны. А вы не верили. Теперь смотрите сами! Видите! Видите!
Бедные дети. Оказывается моя приверженность к минимализму была предметом нешуточных разногласий в их среде.
На носу были показательные выступления. Тамэсивари ( разбивание предметов частями тела) являлось обязательным элементом сего действа. Подготовка шла полным ходом. Нам предстояло продемонстрировать как «железный кулак» и «непобедимая нога» крушaт стопку черепиц и доски. В принципе все было неплохо. Только ободранные костяшки пальцев причиняли некоторое неудобство. Мы шли по дорожке, обсуждая свои успехи.
— Айш, он снова пришёл. Видишь? — обратила Зуля мое внимание на уже известный нам персонаж.
— Лучше б не видела.-отреагировала раздраженно.
— Чего злишься? хороший же парень. Сразу видно.
— И симпатичный. Не нравится, нам отдай.- Начали подразнивать меня девчонки.
Он направился в нашу сторону..
-Айшат, добрый вечер. Добрый вечер, девушки.
Раздавшееся в несколько голосов-«Привет, привет.»- избавило меня от необходимости давать ответ.
-Ты оказывается опасный человек. Я наблюдал за вами через окно. Здорово у тебя получается.
— Сама знаю..
— Всезнайка.. А знаешь какая у меня фамилия?
Молчу..
— Не интересно?
-Не интересно..
— Все равно скажу.. Почти как у нашего президента. Только одну букву заменить и ..
— Пингвин тоже птица — обрываю , не дав договорить. Только летать не может
-Зачем ты тренируешься? При желании одним словом можешь убить.
И смеётся. Опять смеётся.
« Да разозлись же наконец! Уйди! И не возвращайся! » -кричу я про себя.
— Я не уйду..
— Да, читаю твои мысли — отвечает он на мой потрясенный взгляд. Тебе и говорить ничего не надо. У тебя же на лице все написано.
Чувствую себя так, словно меня поймали за поеданием конфет, припрятанных на праздник.
-Твои глаза как эти звезды на небе, такие же яркие. Можно смотреть в них бесконечно.
— Вот и пялься себе в небо. Нечего зря сюда дорогу топтать.
— Колючка!..
— А говорил «Добрая!» — замечаю ехидно
— Ты добрая колючка…
Посмотрите на него. Он снова смеется. Умираю от желания ударить его за это смех.
Не смейся так! Не смотри на меня своими чертовыми жабьими глазами! Я ощущаю себя иначе. Несвободно. Словно я — это уже не я, а кто-то другой: лучше, чище, добрее. Он видит меня такой, но я не такая. Я злая, противная, дикая, грубая. И я не хочу меняться. Не хочу! Не могу же я в самом деле просто побить его. Почему не могу? А это мысль.
— Что ты задумала? — спрашивает он меня подозрительно
Хохочу. Так я тебе и сказала…

Комплимент VI а

VI
Это стало своеобразным ритуалом.
Он приходил на каждую тренировку. Ехал с нами вместе до центра. Потом он, Инна, я ждали наш автобус. Мы садились. И лишь проводив нас, отправлялся домой на другой конец города. Я могла не здороваться с ним. Иногда молчала весь вечер, ни вымолвив даже слова. Присутствие девочек сглаживало ситуацию. Что позволяло мне игнорировать его без особых усилий. Благодаря им, я чувствовала себя менее неловко. Мы шли , болтая ни о чём. И наши короткие диалоги без конца прерывались заразительным смехом. С ним было весело. И даже как-то спокойнее. Вокруг происходили неуловимые перемены, которые не сразу бросались в глаза. Все реже стали ходить автобусы. Освещение на улицах стало тусклым, а местами отсутствовало вообще. Появились очереди за хлебом. Все чаще задерживали выдачу заработной платы. Мелкие бытовые задачи, которым раньше без труда находилось решение, вдруг исподволь переросли в проблемы. Атмосфера вокруг стала какой-то напряженной, угнетающей. Но это не имело никакого значения. Молодежь, увлеченная одним делом. Нам было весело. И ничего не страшило: ни темнота, ни отсутствие транспорта или денег. Мы легко могли пройти пешком с одного конца города до центра, пуская по кругу батон хлеба, яблоко, бутылку воды.
Иногда тренировку отменяли. И к упражнениям, что я обычно делала дома, добавлялся час на отработку техники перед зеркалом. Инна жила по соседству. Её дом стоял буквально в двух метрах от нашего. В свободные дни , по вечерам мы с ней работали в паре. Оттачивали удары на лапах, связки, бросковую технику.
Все было как всегда. Но во мне поселилось какое -то стойкое ощущение тревоги, которую я не могла объяснить. Предчувствие. Я все время видела какие-то знаки, странные сны. А может мне так казалось. Не знаю.
В один из дней отец Инны упал с лестницы и получил сотрясение. Ему оказали помощь.
Ситуация вроде была под контролем. Но на третий день она вдруг влетела в комнату со слезами на глазах:» Айшат, пожалуйста, помоги! Папе плохо!» Я была в растерянности.
— Что же я могу сделать?
— Ну пожалуйста, попробуй! У тебя же руки особенные. Ты можешь боль снимать.
— Хорошо. -произнесла я нерешительно. Но надо врача вызвать.
— Доктора нет. И неизвестно когда будет.
Мы бросились к её дому. Вместе переместили её отца с кровати на кресло. Затем передвинули кресло так, чтобы я могла зайти ему за спину. Действовала бездумно, просто по наитию. Встала позади него, закрыла глаза. Будто наяву увидела картину. Огромный снимок дерева, похожий на негатив. Крона дерева по своей конфигурации походила на человеческий мозг, который не раз доводилось видеть в учебниках. И мысль:» нужен свет.» Раскрыв ладони, протянула руки к его голове. Направленный яркий луч. Я видела его. Он проникал через эту крону, рассеивая тьму. Чернота расступалась. И вот свет залил все пространство. Не знаю как долго это длилось. Услышала глубокий вдох. И открыла глаза.
Багровое лицо мужчины, походившее цветом на вареную свеклу, приобрело нормальный оттенок. Взгляд стал ясным и чистым.
— Уффай, да пошлет Аллах здоровья твоим рукам. Я словно увидел яркий луч, и чернота спала с моих глаз.
Шокированная услышанным, я застыла на месте. А Инна бросилась ко мне, обняла, беспорядочно повторяя: «Благодарю тебя, благодарю тебя..»

Комплимент VI b

Каждый день что-то происходило, что-то менялось. Но казалось, если не обращать внимания на эти изменения, не впускать их в свой привычный мир, то они пройдут мимо, не задев тебя. Как же я ошибалась.
Мы по прежнему ходили на тренировки. После одной из которых мною был сделал тот самый исторический комплимент «Ну, ты и морда!»
Дорога от центра к дому занимала около сорока минут. Инна сидела рядом. Мы молчали. Она вдруг взяла меня за руку и сказала: » Не расстраивайся. Вы обязательно помиритесь». Инна была значительно моложе меня. Её почти детская, искренняя уверенность, что она понимает то, чего я сама еще не понимаю, вызвала улыбку.
Он приходил. Снова и снова. Но за последующие несколько месяцев я ни сказала в его присутствии ни одного слова. Он пытался разговорить меня. Но впустую.
— Ты не говоришь со мной. Но ты меня слышишь. Хочу, чтобы ты знала.. Даже если пройдет сто лет, даже если ты больше никогда со мной не заговоришь, я благодарен тебе за те чувства, что я испытываю. Раньше я думал, что так только в кино бывает. Я буду помнить тебя всегда.
Мне было больно от того, что я делаю больно ему. Но это ничего не меняло.
Как объяснить человеку… Я умерла. Меня нет. Я другая, а не тот выдуманный им образ. Я же предупреждала от самого начала. Молчу. Потому-что мои слова ничего не могу изменить.
Впервые никто из девочек не пришел на тренировку. Я оказалась одна. Закинув сумку за спину, торопливо шагаю по тёмной дорожке к остановке. И вдруг проезжающая мимо машина резко свернула на тротуар и остановилась прямо передо мной. Моментально скидываю сумку, чтобы не мешала движению. Жду. И слышу знакомый голос:» Айшат, почему ты одна?»
— Девочки не пришли..
Выходит из машины.
— Я хотел предупредить, что не смогу вас сегодня проводить. Мне срочно нужно yехать по делам на несколько дней..
— Так езжай. Чего стоишь?
— Садись в машину, подвезу тебя до центра.
— Не сяду. Уйди с дороги. А то я на автобус опоздаю.
— Садись же!
— Не сяду! Уйди с дороги!
— Как ты не понимаешь, я буду переживать за тебя.
— За меня?!
— Да! Ты, глупая, несносная девчонка! Я же ехать не смогу, зная, что ты тут стоишь совсем одна!
Он кричал так, что разносилось на всю округу.
Почти за два года знакомства ни разу не видела его в таком состоянии.
— Хорошо, хорошо, успокойся.. Не надо кричать. Ты же не первый день меня знаешь. Я прекрасно могу за себя постоять. Не нервничай. Садись в машину и езжай куда надо. А я буду тебя ждать. Быстрее уедешь, быстрее вернешься. Только по дороге не гони. Не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
Мои слова произвели на него эффект ледяного душа. Он замолчал и уставился на меня, словно не веря своим ушам.
— Ну, садись же… Езжай.. -повторила я мягко, словно ребенку.
Я опаздывала на автобус. И готова была пообещать ему звезду с неба, лишь бы он убрался с дороги.
Это была моя последняя тренировка. Через несколько дней ситуация в республике кардинально изменилась. Мир закончился.
Ты был неправ. Судьба была не за нас. Она была против.

пс. Знаешь, я дочитала…

По земле броди, где хочешь,
Хочешь к звездам улетай,
Лишь прошу ни днем, ни ночью
Ты меня не покидай.
Лишь прошу ни днем, ни ночью
Ты меня не покидай,
То, что ты мое дыханье
Никогда не забывай.
И ночью звездной, и при свете дня,
Не покидай, не покидай меня,
Пусть все исчезнет, и уйдут друзья,
Не покидай, мне без тебя нельзя.

Все, забыв и перепутав,
Ошибайся и страдай,
Все равно, ни на минуту,
Ты меня не покидай.
Все равно, ни на минуту,
Ты меня не покидай,
То, что ты мое дыханье
Никогда не забывай.

И ночью звездной, и при свете дня,
Не покидай, не покидай меня,
Пусть все исчезнет, и уйдут друзья,
Не покидай, мне без тебя нельзя.

И ночью звездной, и при свете дня,
Не покидай, не покидай меня,
Пусть рухнет небо и предаст любовь,
Не покидай, чтоб все вернулось вновь.

Это немой дом

Это не мой дом
Запахи, звуки, сны
Все в нем чужое
Не мой он.. Немой
Молчит ..
Ничего не говорит
Не спрашивает
Как ты…
И что у тебя болит
Потолки не белены,
Не крашены двери,
По углам слоняются
Странные звери
А мой дом ..
Он ТАКОЙ…
Горы — там стены,
Крышею — небо,
И радуга — дверь
А ты…
В расставания веришь?
А расстояния?
Чем ты их меряешь?
Разве душа может жить
На два берега?
Бытует поверье —
Он станет одним ,
Лишь высохнет в русле
Река
Ты веришь…
Красишь набело двери
Во что же ты веришь….

Если бы я вела дневники. Холод

Если бы я вела дневники…

Если бы я вела дневники, описывая что вижу, делаю, о чем думаю.. Сколько гпупых историй увидело бы свет.
Холод
Одна из таких историй..
Зима 99-го была холодная. Очень холодная. А может мне только так казалось. Ведь большую часть времени приходилось находиться в узком, тесном подвальчике с заледеневшими стенами.. Из-за тесноты и отсутствующей вентиляции даже керосинку невозможно было зажечь. Становилось нечем дышать. В те дни меня просто заклинило на мысли: не хочу умирать грязной. После очередной бомбежки хваталa ведро с водой и уходила в дальний сарай, чтобы смыть с себя грязь. Зима. Холодный сарай, ледняная вода. И стоя босыми ногами на камне, пытаюсь оттереть въевшуюся в кожу гарь. Оттереть этот ненавистный запах войны. «Не буду бояться! Я не буду испуганной жалкой мышью! Ничего у вас не получится!». Холод обжигал. Мама ругалась: ма хаза хиг ю хьо, 1овдал йо1, ц1аъ кхет ишт лахь.
Как ни странно, даже насморка не получила. И после того, как однажды пришлось довольно долго находиться по колено в воде, стараясь вытолкнуть застрявшую машину, тоже все обошлось.
Казалось , запас прочности моего организма неисчерпаем. Только казалось.
Помню ту ночь.
В печи горел огонь. Сухие дрова весело трещали, рассыпая искры. На стенах играли тени. У деток разрумянились шеки от печного жара. А мне было холодно. Очень холодно. Я никак не могла согреться. Меня так трясло, что зубы выдавали барабанную дробь. Было ощущение, что заледенели и душа и тело. Словно каждая клеточка была заморожена.
— Холодно, холодно, холодно…
Это причиняло физическую боль.
Так лёд крошится под ударами молота. Казалось мое тело — это хрупкий лёд и каждая косточка крошится на сотни невидимых частиц.
Зура проснулась от моих стонов. Подошла, спросила:» Что с тобой?»
— Мне холодно..
Она обняла меня, пытаясь согреть. А мне становилось все хуже и хуже. Я задыхалась. Губы потрескались.Через поры сочился кровавый пот.
Зура плакала. Ее слезы капали на меня. А казалось, что падают булыжники.
— Не плачь, ты делаешь мне больно…
Она подумалa, что я шучу, и улыбнулась сквозь слезы.
Баркалла, Зура.
Столько лет прошло. Но я до сих пор помню, как ты пыталась согреть меня своим теплом в ту ночь.

12-07-2014

Laat me los Отпусти меня

Zoals altijd ben ik vanmorgen in het park geweest.
Daar was een jongen die naast mij door liep. Jong en fit. Het was duidelijk gezien op zijn gezicht dat hij ermee geniet.. Deze schilderij veroorzaakte mijn glimlach. Ik ben ook zo geweest…

Gedachten.. gedachten.. gedachten.. En herinneringen. Ze laten me niet los.
ik ben bijna vijftig, en jij?
Ik zat tien jaar in oorlog, en ….…
Er waren dagen zonder eten en drinken, zonder slaap en rust, zonder licht en zelfs zonder lucht..
Er waren dagen donkerder dan het zwartste nacht door de giftige rook, en nachten rood door de branden.
Gebeurde dat na het bombardement overlevende als vruchten hand bij hand, stuk bij stuk dode lichamen van hun familieleden, vrienden, boeren plukten.
Daarna uit de rest van wat kort geleden een mens was maken een pak en planten het in de tuin recht tegenover van het raam onder een boom. Totdat het zal mogelijk zijn om volgens gewoonten te begraven. Totdat… Tot de lente..
En als lente kwam er waren honderd en honderd talen zo “planten” die door de gesmolten sneeuw verschenen.
Er was alleen pijn en verdriet om te verzamelen. Tranen en woede.
Ik kan niet meer.
Oorlog, laat me los.
Laat me los.

* * *

Как обычно с утра ходила в парк.
Был там один юноша, который пробежал мимо меня. Молодой и здоровый. На его лице читалось такое удовольствие от бега, что сложно было не заметить. Эта картина вызвала у меня улыбку. И я когда-то была такой.

Мысли.. мысли.. мысли… Воспоминания. Они не отпускают меня.
Мне почти пятьдесят, а тебе ?
Я десять лет жила войной, а …
Были дни без еды и питья, без сна и покоя, без света и даже порой без воздуха.
Были дни темнее самой чёрной ночи из-за завесы ядовитых дымов, и ночи, красные от зарева пожарищ. Случалось, после очередной бомбардировки пережившие словно фрукты рука к руке, часть к части собирали мёртвые тела своих родных, друзей, соседей. Потом из того, что совсем недавно было человеком вязали узлы . Затем как растения сажали в землю во дворе под деревом напротив окон. До тех пор когда будет возможность похоронить как полагается. До тех пор.. До весны..
И с приходом весны из под таюшего снега прорастали сотни и сотни таких саженцев.
Только боль и скорбь сбирались в чшу терпения. Слезы и гнев.
Я больше не могy.
Опусти меня, война.
Отпусти меня..

В зазеркалье глаз твоих…

В зазеркалье глаз твоих
Живёт тайна
Нет, не я
Солнца луч подглядел случайно
Там такие бушуют метели
И смех снежится
За частоколом густых ресниц
Отдыхают зарницы
В терпком медовом хмелю
Истончаются знойные тени
Нежность поёт колыбельную
Преклонив у кроватки колени
Несложившихся обещаний боль —
Голубых незабудок букеты
О сердцем украдкой спрошенном
Ромашки хранят секреты

Забывать-это так больно…

Забывать —
это так больно…
Словно наживо
Сдирать с себя кожу,
За спасительной дозой
беспамятства
Уходить к Морфееву ложу,
Забывать — это так сложно,
Как в кромешной тьме на ощупь
Идти по самому краю,
Пытаясь понять — уже умер
Или все ещё умирать продолжаю
Забывать — это так долго
Между помнить и не…
Бесконечность
Постигаю науку
С улыбкой встречать неизбежность
Забывать —
это так больно
Словно наживо
Сдирать с себя кожу